Елена: Сейчас на каждую встречу приходит в среднем десять человек. Больше было бы уже не очень, потому что мы не успеем всех хорошо выслушать. Меньше тоже сложно, потому что не будет групповой динамики. Обычно, две трети всех — это женщины, и только треть — мужчины. Сначала мужчин было ещё меньше, но потом и они подтянулись. Также есть и ЛГБТ-люди: на последней встрече половина всех участников принадлежали к ЛГБТ. Вообще тема гомосексуальности у нас тоже периодически поднимается. Есть желание обсуждать гомосексуальные эксперименты, даже если человек только исследует свою сексуальность. Но главный хит — это полиамория, она всегда «заходит». Как ни странно, но много раз были темы о том, как жить без секса или как сублимировать сексуальные потребности. И вообще как обходиться с желанием, которое не получается реализовать.

Большинство людей на группах уже состоят в отношениях, но с партнёрами они не приходят. Так бывало пару раз, но, мне кажется, это опасное занятие: никогда не знаешь, что может сказать твой возлюбленный или твоя возлюбленная. Ещё мне показалось, что им было сложнее говорить. Возможно, до этого они просто не обсудили всё между собой.

Иван: Однажды у нас была провальная группа. Мы решили в рамках эксперимента задать тему встречи — мастурбация. На неё записалось всего несколько человек, так что нам пришлось её отменить.

еЛена: Часто из того, что рассказывают люди, становится понятно, зачем они приходят — и это при том, что они не декларируют это явно. Кто-то хочет разрешить для себя непонятную ситуацию, у кого-то есть какая-то проблема. Человек не всегда пытается её решить, но если начать о ней говорить, то она  как-то «разворачивается».

Иван: Много людей приходит за легализацией: они хотят удостовериться, что то, что они делают, — окей. Например, тип отношений, сексуальные практики, желания. Например, мы много говорим о легализации ориентации, но мало — о легализации конкретных практик или типов отношений. Но при этом в этом дискурсе существует много нюансов, и люди не понимают, насколько они нормальны. Мне кажется, большая часть приходит просто поговорить или даже просто послушать, потому что у них нет компании, в которой можно было бы обсуждать секс.

Елена: Больше всего вопросов возникает в разговорах о моногамии и немоногамии, изменах партнёру. Для кого-то это просто желание флирта, для кого-то — стремление открыть отношения, хотя часто это бывает невозможно. Для кого-то это в принципе возможность хотеть кого-то кроме: многим людям тяжело признать, что так бывает, что это нормальный, естественный процесс, что они от этого не становятся плохими.

Иван: Но при этом люди гораздо охотнее говорят об отношениях вокруг секса, чем непосредственно о сексе. Конкретные сексуальные практики меньше волнуют, местами они даже кажутся чем-то слишком интимным. На прошлой встрече у нас появилась идея сделать группу с одним и тем же составом на несколько раз: может быть, так люди будут их обсуждать охотнее.

еЛена: Обычно тот или та, кто предлагает тему, сразу её как-то раскрывает и рассказывает, почему она его или её волнует, что его или её беспокоит. Какой отлик хотелось бы получить, на какие вопросы ответить. Потом остальные по очереди отзываются, возникают дискуссии в процессе. Можем отойти от темы, но потом всегда к ней возвращаемся. В конце мы просим сказать, услышал ли этот человек то, что хотел услышать. А потом просим так же ответить и всех остальных участников группы.





Source link

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *