Трудно жить на расстоянии от семьи. Муж остался с пятилетним сыном, собакой (у нас хаски, которая требует долгих прогулок) и котом — причём кот и собака особо не дружат. Муж работает на удалёнке; нам сильно помогают друзья, которые занимаются с ребёнком онлайн английским, шахматами, чтобы папа мог более или менее спокойно работать. Мы созваниваемся по видеосвязи, но не каждый день — иногда у меня нет на это сил.

Я столкнулась с хейтом в соцсетях, когда стала рассказывать, что эта работа очень тяжёлая и что я, возможно, в какой-то момент уйду. Читатели стали возмущаться, приводя аргументы о том, что я врач и военнообязанная, а значит, должна относиться к текущей ситуации как к войне. Но я не согласна: в стране не объявлена чрезвычайная ситуация, никто не обязует нас работать с COVID-19, и это просто работа, на которую я согласилась, потому что это интересно и хорошо оплачивается. Этот факт тоже почему-то задевает людей: врачей сейчас называют героями, но оплата их труда как будто нивелирует этот героизм или делает работу менее сложной и квалифицированной. Трудно объяснить, что зарплата не обесценивает мой труд и душевные затраты. Думаю, многие врачи с этим сталкиваются. Возможно, это такой общественный «запрос на справедливость»: многие люди лишись доходов, а у врачей они выросли, и при этом врачи у нас ассоциируются с государством.

Но есть и обратная реакция, и она очень радует. Моя коллега, тоже врач-онколог, стала рассказывать в соцсетях про наши будни, про небольшие трудности — например, что мы скидываемся и покупаем себе патчи для защиты лица от СИЗ, покупаем кофе. И было очень приятно, что наши друзья и даже бывшие пациенты стали предлагать свою помощь — нам присылают и кофе, и пластыри, и воздушные шарики, чтобы пациенты могли делать дыхательные упражнения. Один бывший пациент оплатил недельную доставку еды из кафе. Конечно, тут дело не в том, что мы не можем сами себе купить шаурму или патчи (можем), а в ощущении, что наш труд небезразличен другим, что о нас помнят и нас поддерживают, выражают таким способом свою благодарность. Это очень мотивирует.

Клиника оплачивает нам проживание в гостинице, питание. Есть служебный автобус, но он не всем удобен по времени, и сейчас работодатель пытается договориться со службой такси, а для сотрудников, которые ездят на машине, — сделать бесплатной парковку по всей Москве. У нас очень много административного персонала, который занимается документооборотом, — поэтому врачи делают именно врачебную работу. Я пишу только дневники и выписки пациентов, то есть то, для чего нужны мои медицинские знания, а уже другие сотрудники переносят записи куда надо, и я не трачу на это время и силы. Я довольна условиями работы и продолжаю считать, что это интересный и важный опыт. Я не знаю, на сколько меня хватит, и считаю, что имею право в какой-то момент уйти, если пойму, что не выдерживаю нагрузки — физической или психической. Не думаю, что кто-то имеет право за это осуждать.





Source link

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *